|
Однако, нельзя не отметить важность исследований, направленных на описание дополнительных средств мотивационного процесса такого рода. Так, в ряде работ, например, отмечается применение жестов в определенном контексте взаимодействия, использование имплицитных резервов знания для понимания беседы, использование разнообразных этнических методов для появления взаимопонимания и демонстрации принадлежности к одному миру. Если человек чувствует подобную общность с другими, то это воспринимается и как ощущение безопасности, покоя, доверия к окружающим. А если чувство общности теряется, то усиливается тревожность и дискомфорт. Следствием потери общности обычно являются попытки его восстановления, увеличение затрат энергии на взаимодействия подобного типа. Подобная попатка обрести и не потерять баланс взаимодействия с одинаковым для многих людей миром характеризуется исследователями как мощная мотивационная сила или даже потребность в «фактичности». Ее составляют попытки человека сохранить о себе представление как о личности определенного рода. Сюда входят следующие компоненты: уровень самоутверждения, уровень самооценки, уровень воспринимаемой выгоды, уровень переговоров относительно власти, престижа, одобрения. Мотивирующая сила здесь основана на подтверждении собственной самооценки за счет получения психологической выгоды в процессах взаимодействия. Если одобрения или любой другой возможной выгоды при этом не происходит, то это воспринимается как неудача в самоутверждении, потеря веры в себя.
 Успешной попыткой свести разные аналитические традиции в более синтетическую картину мотивацион-ной динамики можно считать теоретическую стратегию Д. Тернера, названную им также абстрактными «законами мотивации». «Законы» устанавливают общее направление «энергетической подзарядки» людей для осуществления взаимодействия. Уровень мотиваиионной энергии индивидов в ситуации взаимодействия есть обратная функция степени, в какой индивидам не удается: (а) достичь ощущения онтологической безопасности, (б) развить предпосылку фактичности, (в) утвердить свое центральное «Я» и (г) достичь ощущения приумножения своих ресурсов. Форма, направление и интенсивность взаимодействия в некоторой ситуации будет положительной функцией относительной значимости вышеуказанных (а), (б), (в) и (г), равно как и абсолютных уровней (а), (б), (в) и (г). Таким образом, современная социологическая теория пытается обосновать мотивационные процессы с точки зрения межличностной мотивации. Однако, попытки выстроить весь спектр исследуемых явлений (называемых здесь механизмами «насыщения энергией», то есть тревожности, самооценивания, извлечения выгоды, общее согласие относительно контекста взаимодействия, документальную интерпретацию, переговорный процесс) в конкретные и абстрактные суждения приводят к потере простоты и краткости результирующих законов. Поэтому социолога останавливаются на том этапе, когда происходит творческое взаимодействие между абстрактными законами и аналитическими моделями и когда простые законы не описывают сложных причинных процессов и механизмов.
Подходы к мотивации человека на протяжении всей истории изучения этого вопроса располагались между двумя течениями — рационализмом и иррационализмом. Рационалисты (чаще всего древние философы и теологи, ученые до середины XIX в.) основывались на том, что человек представляет собой уникальное существо, далекое от животных. Приверженцы этого течения наделяли человека исключительным разумом, мышлением, сознанием, волей и свободой выбора действий. Мотивация человека по мнению рационалистов происходит от разума, сознания и воли. В то же время, иррациональное поведение приписывалось животным, мотивы которых управляются биологическими инстинктами и органическими потребностями.
Первыми собственно мотивационными, психологическими теориями, вобравшими в себя рационалистические и иррационалистические идеи, следует считать возникшие в XVII—XVIII вв. теорию принятия решений, объясняющую на рационалистической основе поведение человека, и теорию автомата, объясняющую на иррационалистической основе поведение животного. Первая появилась в экономике и была связана с внедрением математических знаний в объяснение поведения человека, связанного с экономическим выбором. Затем была перенесена на понимание человеческих поступков и в других сферах его деятельности, отличных от экономики. Развитие теории автомата, стимулированное успехами механики в XVII—XVIII вв., далее соединилось с идеей рефлекса как механического, автоматического, врожденного ответа живого организма на внешние воздействия. Раздельное, независимое существование двух мотивационных теорий (одной — для человека, другой — для животных) поддержанное теологией и разделением философии на два противоборствующих лагеря (материализм и идеализм) продолжалось вплоть до конца XIX в. Вторая половина XIX в. ознаменовалась рядом выдающихся открытий в разных науках, в том числе в биологии — появлением эволюционной теории Ч. Дарвина. Она оказала значительное влияние не только на природоведение, но и на медицину, психологию и другие гуманитарные науки. Своим учением Ч. Дарвин как бы перекинул мостик над пропастью, многие столетия разделявшей человека и животных на два несовместимых в анатомо-физиологическом и психологическом отношениях лагеря. Он же сделал первый решительный шаг вперед в поведенческом и мотиваци-онном сближении этих живых существ, показав, что у человека и животных имеется немало общих форм поведения, в частности эмоционально-экспрессивных выражений, потребностей и инстинктов. Наконец, последней из теорий, уже существовавших в начале нашего столетия и продолжающих разрабатываться сейчас, стала теория органических потребностей животных. Она развивалась под сильным влиянием прежних иррационалистических традиций в понимании поведения животного. Ее современные представители видят свою задачу в том, чтобы чисто физиологически объяснить механизмы работы и функционирования биологических потребностей.
|
Мотивация потребителей
